botanika
В изумление меня приводят две вещи: звездное небо над головой и ёбаный пиздец вокруг нас. ©
russlife.ru/allworld/read/dobrokachestvennye-ly... Захар Прилепин.
пара цитат:
Однажды случайно зашёл по делу в одну бездетную семью и обнаружил, что пара сидит и ест эклеры. Удивительное заключалось в том, что у каждого было по шесть эклеров на тарелке.
Вот они сидели, мило беседовали и ели эти эклеры. Потому что эклеры очень вкусные и повышают настроение.
Я вскоре ушёл, но ощущение это меня не покидает по сей день: всякий раз, когда я представляю себе быт бездетной семьи (осмысленно бездетной, а не по медицинским показателям — ещё раз поясню, а то начнётся сейчас), — я представляю его именно так. Сидят и едят эклеры.
Съели эклеры — можно трубочки со сгущёнкой. Пирожное «корзинка». Пирожное «картошка». Мороженое потом.
Потом можно посмотреть Animal Planet. Потом снова что-нибудь вкусное съесть.
Это не люди, а какой-то тупик цивилизации.
Но они, конечно, так не думают про себя. Они так думают про меня.
Так что у нас взаимность, и никаких обид.


Женщина, у которой нет детей, а она уже давно повзрослела, — в ней сквозит какое-то мерцающее безумие. Если собираешься делать с ней любовь — возникает неистребимое ощущение, что она может тебя съесть.
Руки её цепки, ноги сухи и быстры, глаза внимательны, грудь неумолима.
Дети портят фигуру, кто спорит.
Ещё время портит фигуру, давайте его отменим.
Потому что, какая бы ни была фигура в 40 лет, её всегда на раз обыграет рядом стоящая фигура, которой 18. И таких фигур в любую минуту поблизости — полным-полно.

Очень обидно про 18-летнюю фигуру, но чертовски правдиво... (Бо)

russlife.ru/allworld/read/ekstremalnoe-rozhdeni... Анна Козлова
Нормальные люди обычно рожают детей по двум поводам: дурости и вступлению во второй брак, других мотивов для тех, кто хотя бы минимально ценит свою жизнь и психику, мне не известно. В первом случае, будущая мать еще ничего не знает о детях, кроме того, что можно сделать аборт, но она еще молода и великодушна. Во втором — уже все знает, но другого способа отблагодарить мужика, взявшего тебя с ребенком от другого, человечество пока не придумало.
Рождение ребенка — всегда страдание. И если физическое, приносимое родами, действительно забывается, то психическое не забывается никогда. Вместе с ребенком в жизнь входит страх, а все ее уровни и показатели стремительно ухудшаются. По сравнению с бездетными, родители действительно живут в аду.

Бывали такие мыслишки. (Бо)

У женщин вообще слишком жива в памяти эта первая истерика матери, когда смотришь на себя, голую, в ванной и хочется кричать, разбить лоб о кафель, разорвать ногтями живот, потому что это уже не ты, — там, в зеркале, какая-то ужасная уродина. Эти белые, как мучные черви, полосы на животе, эти груди, из них, как черви, вылезают вены, и, Господи ты Боже мой, как можно было себя в такое превратить, и ради чего, мать твою?.. Часто рожающие бабы своим обликом ставят лишь один вопрос: кто же на тебя залазит?.. И в этой сознательной непривлекательности, в окруженности ревущими детьми в колготках, угадывается древний инстинкт: не подходи ко мне, я кормлю! Не подходи, у меня детеныши! И их будет еще больше, потому что, чем больше их будет, тем скорее они уничтожат мою жизнь. А я этого и хочу. Я не могу так больше.